НОВОСТИ  ФЕДЕРАЦИЯ  ЭНЦИКЛОПЕДИЯ  ИСТОРИЯ  СТАНЦИЯ МИР  ENGLISH

Ресурсы раздела:

НОВОСТИ
КАЛЕНДАРЬ
ПРЕДСТОЯЩИЕ ПУСКИ
СПЕЦПРОЕКТЫ
1. Мои публикации
2. Пульты космонавтов
3. Первый полет
4. 40 лет полета Терешковой
5. Запуски КА (архив)
6. Биографич. энциклопедия
7. 100 лет В.П. Глушко
ПУБЛИКАЦИИ
КОСМОНАВТЫ
КОНСТРУКТОРЫ
ХРОНИКА
ПРОГРАММЫ
АППАРАТЫ
ФИЛАТЕЛИЯ
КОСМОДРОМЫ
РАКЕТЫ-НОСИТЕЛИ
МКС
ПИЛОТИРУЕМЫЕ ПОЛЕТЫ
СПРАВКА
ДРУГИЕ СТРАНИЦЫ
ДОКУМЕНТЫ
БАЗА ДАННЫХ
ОБ АВТОРЕ


Аудит строительства, обследование зданий, сооружений и конструкций
МЕГАПОЛИС-ЦЕНТР.РФ
RB2 Network

RB2 Network


Публикации

     Александр Железняков

   НА ОРБИТЕ - "АЛМАЗ"


    Летом 2009 года исполнилось 35 лет со дня начала эксплуатации в пилотируемом режиме советской военной орбитальной станции типа «Алмаз». Правда, о том, что запущенная станция является «Алмазом», а также о ее истинном назначении мы узнали значительно позже, чем состоялся полет. Официально в 1974 году было объявлено о запуске орбитальной станции «Салют-3», на борту которой «советские космонавты проводили исследования и эксперименты исключительно в мирных целях».

    В МЕЧТАХ УЧЕНЫХ

    В мечтах ученых «космические поселения» на орбите вокруг Земли занимали далеко не последнее место. Одним из первых, кто описал и саму космическую станцию, и условия жизни на ней, был Константин Эдуардович Циолковский.
    В 1923 году немец Герман Оберт опубликовал работу «Ракета в планетарном космосе», в которой впервые высказал предложение о создании пилотируемой космической станции для наблюдения за земной поверхностью, для метеорологических наблюдений, как спутник связи и заправочная станция для кораблей, отправляющихся к другим планетам. По его мнению, на борту станции необходимо было создать искусственную гравитацию для нормальной работы экипажа.
    В 1928 году в немецком журнале «Ди ракете» появилась целая серия статей, посвященных орбитальным станциям. Их автором стал Гвидо фон Пирке. Статьи не содержали предложений по конструкции станции, зато в них был сделан серьезный анализ характеристик космического корабля для полета на околоземную орбиту и к планетам.
    В том же году капитан австрийской армии Поточник, писавший под псевдонимом Герман Нордунг, опубликовал книгу, целиком посвященную орбитальным станциям. В ней впервые была описана конструкция пилотируемой космической станции. По мнению Нордунга, станция должна была состоять из трех частей, соединенных друг с другом воздушными шлангами и электрическими кабелями: жилого отсека, энергоустановки и обсерватории. Космическую лабораторию предполагалось вывести на околоземную орбиту с периодом обращения 24 часа, то есть на геостационарную орбиту.
    В 1930-е годы редкая книга о межпланетных полетах обходилась без упоминания космических станций. Однако, большинство авторов полагало, что появятся они спустя столетия после того, как человек выйдет за пределы атмосферы. Поэтому и внимание им уделялось второстепенное. А на первое место ставилась другая проблема – как преодолеть земное притяжение.
    Охватившая половину земного шара 2-я мировая война заставила ученых на долгие шесть лет забыть об орбитальных станциях. В первой половине 1940-х годов о них писали только писатели-фантасты. Впрочем, именно благодаря им специалисты и не забыли об орбитальных станциях, и вернулись к идее об их создании сразу же, как только отгремели последние залпы войны. Ну а реальные черты все эти проекты стали приобретать тогда, когда началась космическая эра.

    ДЛЯ НУЖД РАЗВЕДКИ

    Одной из первых советских разработок по данной тематике стала программа разработки пилотируемой орбитальной станции «Алмаз», Её концепцию сформулировал 12 октября 1964 года генеральный конструктор ОКБ-52 Владимир Челомей на совещании руководящих сотрудников предприятия. Станция предназначалась для решения оборонных, научных и народнохозяйственных задач. Но, в первую очередь, Челомей видел в ней мощное средство оперативной космической разведки.
    Работы по системе начались после выхода в свет приказа министра общего машиностроения СССР от 27 октября 1965 года. Эскизный проект станции первого этапа был разработан в 1966 году и тогда же проект «Алмаз» был выбран Министерством обороны для реализации в качестве разведывательной системы. Сроки разработки и тактико-технические комплекса были определены постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 14 августа 1967 года.
    Первоначально предполагалось запускать станцию вместе с экипажем в возвращаемом аппарате. Это имело тот плюс, что работы на борту могли начаться немедленно. Что было важно в кризисной ситуации. Однако вскоре стало понятно, что минусы такого варианта были «весомее» – наличие в составе запускаемого объекта тяжелого возвращаемого аппарата существенно снижало вес полезной нагрузки, то есть разведывательного оборудования.
    Окончательный эскизный проект комплекса «Алмаз», включавший в себя базовый блок без возвращаемого аппарата и транспортный корабль снабжения, оснащенный этим аппаратом, был принят Межведомственной комиссией в 1967 году.
    Аппаратура, которую разрабатывали для установки на станции, была самой передовой и сложной. Естественно, по тем временам. В частности, основным средством наблюдения должен был стать уникальный фотоаппарат с фокусным расстоянием в 10 метров и диаметром зеркала около 2 метров.
    Функционировать «Алмаз» должен был в пилотируемом режиме. Экипажи предполагалось менять каждые три месяца. Рабочий день трех космонавтов делился на три смены. В смене один космонавт работал с фотоаппаратурой, второй проводил тренировки на тренажерах и помогал первому, третий – отдыхал. Каждые восемь часов происходила пересменка.
    Для доставки на борт станции расходных материалов (вода, воздух, продукты питания, фотопленка и тому подобное) предполагалось создать транспортный корабль снабжения. На первом этапе, пока корабль еще не был готов, предполагалось, что его функции возьмет на себя уже летавший «Союз».

    ПУШКА НУДЕЛЬМАНА-РИХТЕРА

    Ведшиеся в США работы по созданию спутников-инспекторов и спутников-перехватчиков заставили разработчиков «Алмаза» подумать о его защите от вражеского нападения. Станцию оснастили авиационной пушкой конструкции Нудельмана-Рихтера ПР-23. Дальность стрельбы этого орудия по расчетам должна была составлять три километра. Скорострельность пушки составляла 950 выстрелов в минуту. Отдача при стрельбе в космосе компенсировалась за счет включения маршевых двигателей или двигателей жесткой ориентации.
    Пушка НР-23 была чисто оборонным средством. Использовать её для нападения на космические аппараты противника не предполагалось. Да и сделать это было проблематично – представьте себе неповоротливый 20-тонный аппарат с ценнейшей аппаратурой на борту.
    Известно только об одном испытании пушки в реальных условиях. 24 января 1975 года, когда на борту станции «Салют-3» («Алмаз-2») была завершена работа по основной и дополнительной программам, был дан первый и последний залп.
    Но я забегаю несколько вперед в своем повествовании, так как в конце 1960-х годов до полета «Салюта-3» было еще далеко. А в те дни в повестке дня значились другие вопросы.
    К 1970 году были изготовлены корпуса восьми стендовых и двух летных блоков станции и велась наземная отработка бортовых систем. В Центре подготовки космонавтов начались тренировки «алмазных» космонавтов.

    «АЛМАЗНЫЕ» КОСМОНАВТЫ

    Коль скоро зашла речь о космонавтах, упомяну всех, кто готовился к полетам на борту военной орбитальной станции. Первая группа по программе «Алмаз» была сформирована в сентябре 1966 году. В неё вошли Лев Воробьев, Лев Демин, Александр Матинченко и Василий Лазарев. Возглавил группу летчик-космонавт СССР Павел Беляев, имевший к тому времени опыт трудного полета на «Восходе-2». Так как станции в то время еще не было, подготовка велась на теоретическом уровне.
    В январе 1968 года в «алмазную группу» были зачислены Владимир Преображенский, Валерий Рождественский, Анатолий Федоров, Евгений Хлудеев, Василий Щеглов и Олег Яковлев, а в конце того же года Виталий Жолобов и Георгий Добровольский, ранее готовившиеся по программе облета Луны.
    В 1969 году группу, готовившуюся к полетам на борт «Алмаза», пополнили Сергей Гайдуков, Владимир Исаков и Владимир Козельский. Начальником отдела Центра подготовки космонавтов, в котором числились все космонавты, тренировавшиеся по военным программам («Алмаз» и «Союз-ВИ»), стал Павел Попович.
    В 1970 году отдел военных космонавтов возглавил Георгий Шонин, сменивший Павла Поповича, ушедшего на повышение, а в группу «алмазовцев» были переведены все космонавты из группы «Союз-ВИ»: Владимир Алексеев, Михаил Бурдаев, Юрий Глазков, Вячеслав Зудов, Михаил Лисун, Александр Петрушенко, Николай Порваткин, Геннадий Сарафанов и Эдуард Степанов.
    В том же году были сформированы первые экипажи для полетов на «Алмазах». В первый экипаж вошли Анатолий Федоров, Лев Демин и Владимир Преображенский, во второй – Олег Яковлев, Виталий Жолобов и Эдуард Степанов, в третий – Вячеслав Зудов, Юрий Глазков и Михаил Лисун. Экипажи приступили к тренировкам.
    Однако, на первом этапе летных испытаний в качестве транспортных кораблей предполагалось использование двухместных «Союзов». Поэтому «алмазный» отряд было решено пополнить космонавтами, хорошо знавшими этот корабль: Борисом Волыновым, Виктором Горбатко, Евгением Хруновым и Юрием Артюхиным. К концу 1971 года группа «Алмаз» стала самой многочисленной в Центре подготовки космонавтов за всю его историю. В тот момент в неё входили 28 космонавтов. Этот факт показывает, какое значение придавалось этой военной и сверхсекретной программе, а также то, какой размах предполагалось ей придать.
    В 1971 году экипажи были переформированы. К тренировкам приступили пять «двоек»: Попович – Демин, Волынов – Хлудеев, Горбатко – Жолобов, Федоров – Артюхин, Сарафанов – Степанов.
    В дальнейшем состав экипажей неоднократно менялся. Этих перемен было столь много, что рассказать обо всех просто не представляется возможным. Да и не столь это интересно.

    «КАПСУЛА СПУСКА ИНФОРМАЦИИ»

    А теперь давайте вновь вернемся к самой станции.
    Создание комплекса «Алмаз» велось в условиях острого противостояния двух систем. Поэтому одним из основных вопросов, который волновал военных – оперативная доставка на Землю результатов разведывательной деятельности. Использовать для этого транспортные корабли было неудобно, нечасто сроки их посадки могли совпасть с потребностями военных специалистов.
    Решением этой проблемы стала разработка так называемых «капсул спуска информации» (КСИ). По мнению некоторых специалистов, именно они и были тем самым «золотым яйцом», ради которого и строилась станция. Экипаж снаряжал капсулу отснятой пленкой и через специальную пусковую камеру, находившуюся в шлюзовом отсеке станции, отстреливал её в нужный момент. Обработка фотопленки велась на Земле.
    Казалось бы, что в проекте «Алмаз» было предусмотрено всё: и мощная разведывательная аппаратура, и нормальные условия работы, и выбран способ оперативной доставки информации на Землю, и так далее, и тому подобное. И ракета, предназначенная для вывода станции в космос, была готова и уже летала более или менее «уверенно». Живи, да радуйся.
    Однако, в 1970 году, когда «Алмаз» был уже «на выходе», часть работ по нему была передана в ЦКБЭМ (ныне – РКК «Энергия»), где в спешном порядке создавалась долговременная орбитальная станция (ДОС). Именно ей и было суждено под именем «Салют» открыть эру орбитальных станций. А «Алмазу» пришлось «встать в очередь».
    Это решение самым неблагоприятным образом сказалось на дальнейшей судьбе проекта. Его и в дальнейшем «раздевали» в угоду других программ, что, в конце концов, привело к его окончательному закрытию.
    Несмотря на вынужденную отсрочку, в начале 1973 года изготовление первой орбитальной станции «Алмаз» было завершено и она прибыла на космодром Байконур. Для конспирации, чтобы американцы не догадались об истинном назначении космического аппарата, станции было дано имя «Салют-2».

    ПЕРВЫЙ БЛИН КОМОМ

    Первоначально предполагалось, что экипаж отправится в космос на десятые сутки полета станции. Однако перед самым её запуском из ЦКБЭМ пришло сообщение, что старт «Союза» откладывается «по техническим причинам». До сих пор нет достоверной информации о характере этих «причин».
    Так как ракета-носитель уже была заправлена топливом, было решено запуск станции не откладывать, но увеличить продолжительность её автономного полета.
    3 апреля 1973 года станция «Алмаз» под именем «Салют-2» была выведена на орбиту. Почти две недели она нормально летала и ждала прибытия «хозяев». Однако в ночь на 15 апреля произошла внезапная разгерметизация отсеков, а затем перестала поступать телеметрическая информация. Космический аппарат начал быстро терять высоту.
    Полагают, что герметичность была нарушена в результате столкновения с обломком космического мусора, порожденного … третьей ступенью ракеты-носителя «Протон-К», с помощью которого станцию и доставили на орбиту. Не исключено, что в ступени взорвались остатки топлива. Американские средства слежения за космическим пространством зафиксировали и каталогизировали 24 крупных обломка ступени. Но, чтобы «поразить» станцию, могло хватить и фрагмента небольшого.
    Естественно, что в этой ситуации старт пилотируемого корабля был отменен. А 29 апреля станция сгорела в плотных слоях земной атмосферы. Первый экипаж, готовившийся к полету на «Салюте-2», приступил к подготовке к полетам на станцию «Салют-3».

    НАКОНЕЦ-ТО НА ОРБИТЕ

    Третьим «Салютом» стал первый эксплуатационный экземпляр военной станции «Алмаз», который был запущен 25 июня 1974 года. Уже 4 июля на борт прибыл первый военный экипаж в составе Павла Поповича и Юрия Артюхина. В течение 15 суток они работали на борту станции, после чего возвратились на Землю. Все прошло относительно гладко.
    Второй экипаж – Геннадий Сарафанов и Лев Демин – стартовал в космос 26 августа 1974 года на корабле «Союз-15». Им также предстояла стыковка со станцией «Салют-3» и 25 дней работы на её борту.
    На вторые сутки полета начался этап дальнего сближения. Расстояние сокращалось с каждой минутой. Еще немного и должен был начаться режим причаливания. И тут космонавты почувствовали, что двигательная установка работает вопреки логике: вместо торможения – разгон, и наоборот. Ситуация на орбите складывалась серьезная. Перехитрить двигатель не удалось. Запас топлива для маневров не так уж и велик. Каждое включение двигателя уменьшает шансы на успех. Начались переговоры с Землей. Сарафанов и Демин были готовы к еще одной попытке попасть на станцию, но приказ был иным: «Дальнейшие попытки прекратить и готовиться к посадке».
    Беда редко приходит одна. Перед включением тормозного двигателя произошла раскрутка гироскопов. Контроль велся по амперметру и бортовому секундомеру. И тут зашкалило амперметр. Что это? Короткое замыкание. «Только пожара не хватает», – буркнул Демин. Оба сознавали, что с посадкой может не получиться. Отключить тумблеры и попробовать снова – потеря времени. Рискнуть? Может, гироскоп уже раскрутился. А если не успел? Тогда можно навечно остаться в космосе. Решили рисковать. Хронометраж вели по ручным часам.
    Им повезло, тормозной двигатель столкнул корабль с орбиты. Последнее испытание – гроза в районе посадки – показалась такой мелочью! На Земле состоялся разбор полетов. Во всем обвинили экипаж, хотя в данном случае они стали жертвой обстоятельств, а не их источником. Эксплуатацию «Салюта-3» в пилотируемом режиме прекратили. Полет Бориса Волынова и Виталия Жолобова на «Союзе-16» отменили.

    ВТОРОЙ И ПОСЛЕДНИЙ

    Следующий «Алмаз» отправился в космос 22 июня 1976 года под названием «Салют-5». На его борту работали две экспедиции: экипаж корабля «Союз-21» (Борис Волынов и Виталий Жолобов) и экипаж корабля «Союз-24» (Виктор Горбатко и Юрий Глазков). Как и во время полетов предыдущего «Алмаза», работа на борту «Салюта-5» не обошлась без проблем.
    «Союз-21» с первым экипажем стартовал 6 июля 1976 года. Программа полета была рассчитана на 60 дней. Военные очень хотели увеличить продолжительность полета до 90 дней, но ресурс «Союза» тогда не позволял этого сделать. Работа на станции была монотонной. Это был разведывательный полет, и космонавтам приходилось регулярно заряжать фотоаппараты, проявлять пленку. Первый месяц работы на борту комплекса прошел штатно. Если не считать неприятного запаха в отсеках станции. Космонавты грешили на попавшие в атмосферу пары ядовитого топлива, на материал внутренней обшивки станции. На повседневной работе это не сказывалось, хотя и раздражало.
    Неприятности начались на 42-е сутки полета. Неожиданно взревел сигнал тревоги, погас свет, отключились многие бортовые приборы. По инерции отключили сирену, и станцию опутала гнетущая тишина. Экипаж не мог понять, что же произошло, насколько это серьезно. С каждой минутой открывались все новые неприятности. Не работала система регенерации воздуха. Кислорода становилось все меньше. Станция потеряла ориентацию. Но экипаж начал борьбу и через два часа смог привести «Алмаз» в норму.
    Авария не прошла бесследно. У Жолобова начались головные боли, наступила бессонница. Перепробовали все, что было в бортовой аптечке. Но не помогало. День ото дня ему становилось все хуже, он не мог работать в полную силу. Какое-то время об этом на Землю не сообщали. Однако в очередном сеансе связи Жолобов пожаловался на свое состояние. Начались долгие переговоры, консультации.
    В конце концов, на 49-е сутки полета поступил приказ на возвращение. Космонавты надели скафандры и заняли свои места в корабле. Команда на расстыковку с первого раза не прошла. И это вызвало немало волнений. Но корабль все-таки отчалил от станции. Дальнейший путь к Земле прошел без осложнений.
    Было высказано немало предположений о том, что же произошло на борту станции. Чаще всего говорилось, что полет был прерван из-за «психологической несовместимости» экипажа. Писали, что на второй месяц полета космонавты так рассорились друг с другом, что Борис Волынов всерьез подумывал использовать пистолет.
    Однако, свалить отказы техники на «человеческий фактор» проще, чем сделать полеты безопасными. По этому пути и пошли. Что превалировало в этом полете – человек или техника – неясно и сегодня. Известно только, что полет был прерван досрочно.
    Следующими на борту «Салюта-5» в октябре 1976 года должны были побывать Вячеслав Зудов и Валерий Рождественский. Космонавтам предстояло проверить работоспособность систем жизнеобеспечения, исследовать атмосферу и, в случае необходимости, сменить ее в отсеках станции. После этого предстояли два месяца рутинной разведывательной работы на борту станции.
    Сближение корабля и станции началось на следующие сутки. Техника работала безупречно. Режим причаливания шёл точно по графику. Между объектами оставалось две сотни метров, когда началось то, что, стало неожиданным и для Земли, и для экипажа. Данные о параметрах относительного движения корабля и станции, заложенные в программу, не совпали с истинными значениями. Расхождения привели к ускорению всех процессов управления, и в считанные секунды то, что было нормой, стало чрезвычайной ситуацией, требующей немедленного вмешательства.
    Анализ телеметрии наводил на грустную мысль: что-то неладное происходит в работе измерительной аппаратуры. Космонавты рвались продолжить сближение в ручном режиме, но Земля проявила осторожность. Данные с орбиты оптимизма не внушали, и поступила команда: стыковку отменить и готовиться к возвращению на Землю.
    Велико было разочарование космонавтов, но приказ есть приказ. Через два дня после старта корабль сошел с орбиты и совершил единственное в истории советской космонавтики приводнение на гладь озера Тенгиз. Девять долгих часов космонавты ждали, пока их эвакуируют из севшего на мелководье спускаемого аппарата.
    Эта посадка породила много шуток среди космонавтов. Валерий Рождественский был единственным, кто пришел в отряд космонавтов, поработав прежде водолазом. С той памятной посадки за ним закрепилось прозвище «Адмирал Тенгизский».
    Следующими на станции побывали Виктор Горбатко и Юрий Глазков. После них планировалась еще одна экспедиция. К ней готовились Анатолий Березовой и Михаил Лисун, а также их дублеры Владимир Козельский и Владимир Преображенский. Старт их «Союза» был запланирован на март 1977 года. Но дополнительный корабль мог быть готов лишь к тому времени, когда на станции для поддержания орбиты иссякли бы все запасы топлива, и она находилась бы в неуправляемом полете, что делало невозможной стыковку. По этой причине было решено эксплуатацию «Салюта-5» в пилотируемом режиме прекратить. 8 августа 1977 года станция вошла в плотные слои земной атмосферы и затонула в пустынном районе Тихого океана.

    ЭТО ЕЩЕ НЕ КОНЕЦ ИСТОРИИ

    На этом история военной орбитальной станции «Алмаз» завершилась. Хотя существовали проекты станции второго поколения, создание которой было предписано постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 16 июня 1970 года. Её предполагалось оснастить двумя стыковочными узлами, что позволило бы увеличить грузопоток по маршруту «Земля – орбита» и тем самым продлить срок эксплуатации станции.
    Первый летный экземпляр станции второго поколения был практически доведен до летной готовности, но так и не был запущен. «Приговором» программе стало постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 28 июня 1978 года, принятое под нажимом министра обороны СССР Дмитрия Устинова. Оно предписывало Владимиру Челомею прекратить работы по пилотируемой тематике.
    Правда, в 1970-1980-е годы состоялось еще несколько беспилотных полетов, которые можно считать отголосками программы «Алмаз». Я говорю о запусках транспортных кораблей снабжения ТКС и испытаниях возвращаемых аппаратов. Эти аппараты должны были стать составной частью комплекса «Алмаз», но после закрытия программы их запускали, чтобы «добро не пропадало». Ну и чтобы приобрести опыт, который мог быть использован для других разработок.
    Первый ТКС под названием «Космос-929» был запущен 17 июля 1977 года. Через 30 суток после запуска возвращаемый аппарат был отделен от корабля и благополучно приземлился на территории СССР. А сам корабль еще четыре месяца находился на орбите и многократно маневрировал. З февраля 1978 года по команде с Земли он вошел в плотные слои атмосферы и сгорел.
    25 апреля 1981 года был запущен второй ТКС под названием «Космос-1267». Через месяц автономного полета от корабля отделился возвращаемый аппарат, совершивший мягкую посадку на Землю. Сам корабль продолжил автономный полет, а 19 июня состыковался со станцией «Салют-6».
    Совместный полет со станцией продолжался около года. С помощью двигателей ТКС орбиту станции трижды поднимали, а 29 июля 1982 года эти же двигатели свели комплекс «Космос-1267» – «Салют-6» с орбиты.
    2 марта 1983 года под названием «Космос-1443» был запущен третий ТКС. Через восемь дней корабль состыковался с орбитальной станцией «Салют-7». В июне того же года на его борту впервые побывали космонавты из состава второй основной экспедиции.
    Совместный полет продолжался 159 суток, до 14 августа 1983 года. Потом ТКС отделили от станции, а 23 августа на Землю был посажен возвращаемый аппарат с материалами экспериментов. Сам же корабль функционировал еще 26 суток и был затоплен в Тихом океане 19 сентября 1983 года.
    Четвертый ТКС запустили 27 сентября 1985 года под названием «Космос-1686». Это был модернизированный корабль – вместо штатных систем возвращаемых аппаратов стояли приборы для выполнения военно-технических экспериментов. ТКС-4 состыковали со станцией «Салют-7» 2 октября и он в течение нескольких лет совершал полет вместе с ней. В феврале 1991 года комплекс «Космос-1686» – «Салют-7» затопили.

    Кроме ТКС-ов и возвращаемых аппаратов, «отголосками» программы «Алмаз» стали и автоматические разведывательные аппараты «Меч-К» и «Меч-КУ», а также аппарат «Скиф-ДМ» («Полюс»). Все они были созданы на базе пилотируемой орбитальной станции «Алмаз». Но это уже другая история.

    ("Секретные материалы", октябрь 2010 г.).



Под эгидой Федерации космонавтики России.
© А.Железняков, 1997-2002. Энциклопедия "Космонавтика". Публикации.
Последнее обновление 06.10.2002.